Лев Анисов: «Жизнь человека — это жизнь его души»

Газета «Вечер Елабуги»

Известный писатель-историк Лев Анисов на встрече с елабужанами во время недавнего приезда в наш город рассказал о том, как родилась мысль написать книгу о художнике И. И. Шишкине. Мы писали об этом в одном из предыдущих номеров «ВЕ».
Отвечая на вопросы читателей, Лев Михайлович говорил и о своей работе над другими книгами — о художнике Александре Иванове и собирателе русской живописи Павле Третьякове, которые выходили в популярной серии «Жизнь замечательных людей».

«Александр Иванов»
Я писал ее четыре года, каждый день. Тщательно выверял даты, чтобы не ошибиться, потому что, я считаю, если автор где-то в чем-то споткнется и соврет, он сам заблудится и других уведет вслед за собой.
Почему Иванов? Так это от совестливости, которая есть в нас. Как же так? По величине второй художник в мире после Микеланджело, а Россия его не принимает и отрицает. Картину его «Явление Христа народу» все знают, а о нем практически ничего не знают.
В 1823 году 17-летний Александр помогал отцу в росписи иконостаса церкви родителей Иоанна Крестителя. Надо было написать шесть икон. Одну из них писала сама императрица Елизавета Алексеевна, она была художницей. Пять других икон писал отец Иванова, помогал ему сын и еще один ученик Академии художеств. Для императрицы было важно выдержать общую тональность, чтобы, если образно говорить, палитра была созвучна. И она приглашала художников в Зимний дворец. А там в это время хранилась уникальная христианская святыня — Десница Иоанна Крестителя, часть мощей (правой руки) святого пророка. И императрица разрешила им поклониться, приобщиться к этой святыне. Можно представить, какое сильное воздействие могла произвести эта встреча с Десницей, с той рукой, которая… почерпнула воду в Иордане и вознеслась над головой самого Иисуса Христа. Потрясение было такое сильное, что Александр Иванов чуть ли не в этот же месяц пишет эскиз «Проповедь Иоанна Крестителя в пустыне». Эскиз не сохранился, но в письме к дяде он об этом сообщает. А через несколько лет он приступает к картине, где главным действующим лицом является Иоанн Креститель, который (помните?), указывая лицом на Спасителя, возвращающегося после 40-дневного поста, говорит: «Внемлите! Грядет тот, который возьмет грехи ваши на себя».
…Около года с небольшим я не мог работать над книгой дальше — мне важно было понять, что означает фигура раба, который изображен на переднем плане, спиной.
Когда картина была привезена из Рима в Петербург, ее установили в Зимнем дворце. Александр Иванов в письме к своему брату Сергею написал: «Государь подошел к картине, долго разглядывал ее и первый вопрос, который он задал мне: а что у тебя означает раб? И я ему дал ответ». А какой ответ — этого в письме не было. И дальше я уже не мог работать. Мне было важно понять, что же он ответил, что такое раб. Сколько я перелопатил исторических материалов, рисунков, эскизов!
И однажды иду я по Сретенке, там есть православный магазин. Остановился перед дверью и говорю: «Святые отцы, помогите мне разобраться, для чего он там раба-то написал!» В глубине магазина в углу этажерка стояла, а в ней книги, и вдруг вижу среди них книжку «Радостный Достоевский». Думаю: «Ну, дает автор! Радостный Достоевский». Беру эту книжку и вдруг натыкаюсь на страницу со статьей Оскара фон Шульца «Гитлер и Христос Достоевского». И когда я, не отходя от этой этажерки, прочитал эту статью, у меня как будто камень с души упал. В ней не шла речь о картине, Иоанне Крестителе. Но статья была посвящена теме раба как такового. Ведь Господь, когда создал Землю, сказал: человек, вот тебе земля, вот тебе небо и прочее, ты — владелец всего, но ты еще можешь совершенствоваться. И главное предназначение человека по Евангелию — служить другому человеку. А с течением времени человечество так переменилось, что понятие служения довело до понятия рабства. Служить должен раб. Но не я. Тогда становится понятно, почему Иванов раба написал. Посмотрите на выражение лица этого человека, который своему господину подает одежду. Он слышит слова Иоанна Крестителя и понимает, что с приходом этого человека в мире все будет поставлено с головы на ноги. Так оно и случилось.
Только придя к этой мысли, я успокоился. Можно было работать дальше над книгой. И вот когда я изучал документы, пришло понимание того, какие политические события могли повлиять на художника.
Из православной России Александр Иванов приезжает в Италию, во Францию. А там по всей Европе идет второй накат язычества. И идет спор о том, а был ли вообще Христос Богочеловеком. А это о чем говорит? Либо мир устроен мыслью Господа, либо в мире хаос — сильный владеет слабым, вместо нравственности появляются разные другие интересы. И вот Иванов перед тем, как писать свою большую картину, пишет небольшую работу, которая называется «Явление Христа Марии Магдалине». Как я предполагаю, чтобы ответить себе на вопрос: ты-то веришь, что он был Богочеловеком? И написав картину, за которую он получил звание академика, как бы говорит себе: да, я верю. После этого он приступает к большой картине «Явление Христа народу».
Вот так появилась книжка «Александр Иванов». Я очень благодарен судьбе, что она мне удалась.

«Третьяков»
Или вот Павел Михайлович Третьяков, известный меценат и коллекционер.
Из купцов, который был далек от живописи, он стал одним из крупнейших ее знатоков. Он обладал прекрасным аналитическим умом. Пешком обошел всю Европу и не пропускал ни одного музея, был знатоком западноевропейской живописи. Брат его Сергей покупал картины западноевропейских художников. Павел Михайлович же собирал работы только своих художников, потому что он считал: я должен работать на Россию.
Вас наверняка удивит то, что я сейчас скажу. Третьяковской галереи, которая находится в Москве в Лаврушенском переулке, ее нет. Это не Третьяковская галерея! Почему? А потому, что в ней есть картины, которые Павел Михайлович видел, но не покупал. В конце жизни он пришел к мысли, что история русской живописи — это история русской мысли не в меньшей степени, чем литература. В последние годы жизни он собирал в основном иконы. В оставленном им завещании 12 пунктов. Прочту вам три из них: после моей смерти не приобретать никаких картин; не менять развеску, которую сделал я; проход в Третьяковскую галерею должен быть бесплатным для всех, кто любит и ценит живопись.
Скажите, пожалуйста, проход у нас свободный в Третьяковскую галерею? Конечно, свободный (смеется). Один раз в году, может быть. Развеска нарушена? Нарушена.
Жизнь любого человека — это жизнь его души. И вот проследить развитие этой души, в частности, художника — это и было главной целью Павла Михайловича Третьякова. Он, например, не воспринимал Врубеля. Почему не воспринимал? Потому что он в его концепцию не вписывался. Врубель — очень талантливый художник, яркий, необычный. Но у Третьякова его работ не было, он их не покупал. И тогда Врубель через своего знакомого попробовал подарить работу свою Павлу Михайловичу. Будучи деликатным человеком, Третьяков принял работу, поблагодарил, но потом задвинул ее за гардероб, так она там и лежала. И сейчас, если вы придете в Третьяковскую галерею, в большом зале увидите огромное панно Врубеля…
Все эти три пункта завещания не выполнены. Поэтому галерею мы вправе называть так: галерея, в которой есть картины, частично купленные братьями Третьяковыми. Но это не Третьяковская галерея.
Льву Михайловичу Анисову, большому другу Елабуги, в феврале исполнилось 75 лет. Поздравляем с юбилеем!

Два материала, связанные с юбилеем писателя, вышли в общественно-политическом еженедельнике “Слово”, (№ 3 (936), февраль 2017 г.): http://www.gazeta-slovo.ru “Человек, одаренный словом” (автор Наталья Солнцева) и “От земляка и друга”. (автор Михаил Крылов)

Елена Петрова

Опубликовано в Публикации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*